Главная arrow Пророчества Св. Отцов arrow Листовки arrow Масонский заговор против Церкви Христовой

Масонский заговор против Церкви Христовой

Наше святое Православие так смиренномудро, что человек западной культуры относится к нему вообще как-то свысока: когда ему приходится говорить о христианстве, то под сим словом он разумеет преимущественно римское католичество, нередко вовсе умалчивая о Православии как о чем-то обветшавшем и малосильном. Вот почему и враги христианства главным образом направляют свои стрелы против римского католичества, хотя, по существу своей борьбы с Церковию Христовой, ведут борьбу и с Православием. Есть, конечно, среди верующих душ и в среде западных христиан такие, которые относятся к нашей Церкви с уважением, даже ищут с ней сближения, но их немного, это - отдельные личности или небольшие группы: не о них я говорю. Я хочу только отметить, что враги христианства, говоря о христианстве, разумеют прежде всего римское католичество, за ним и наше Православие, а затем уже и другие христианские исповедания. Вот почему мы должны зорко следить, какие меры борьбы с католичеством принимают враги христианства, потому что эти меры они направляют и против Православия. Такими непримиримыми врагами христианства являются тайные слуги сатаны, так называемые масоны, во главе коих стоят исконные враги христианства - иудеи. Эта человеконенавистническая секта, мечтающая покорить весь мир своему владычеству, так умеет скрывать свою деятельность, что многие, сами того не подозревая, принадлежа наружно даже к Церкви, являются их слепыми орудиями и не верят в самое существование такой секты или же признают ее безвредным обществом, якобы преследующим невинные и даже благородные цели. Масоны так искусно маскируются, что даже от одного святителя, высокообразованного, пришлось слышать: "Да полно, есть ли какие-то масоны? Не миф ли это?" Только в последние десять - пятнадцать лет опубликованные "Протоколы сионских мудрецов", сначала оспариваемые масонской печатью, потом признанные за подлинные, раскрыли глаза на этих врагов рода человеческого, а в отношении к христианству такое же значение имел план борьбы с Христовой Церковью, составленный еще в августе 1871 года одиннадцатью "величайшими светильниками" масонства в Чарльстоуне. Из этого плана видно, что у масонов есть свое "откровение", книга "Ападно", писанная якобы самим Люцифером, из которой видно, что масоны, именно их вожди, должны стремиться одновременно к разрушению христианства и насаждению люциферианства по всей земле, дабы эта новая религия, культ сатаны, стала, как они выражаются в своем плане, "поистине католическою", то есть всемирною. По их убеждению, "истина их учения познана священством ведизма", то есть индусами, уже теперь, а магометанство хотя еще не обладает всею полнотою этой истины, но в его среде есть много мулл, вдохновляемых ею. Еврейство "обетовано" их откровением им же. Протестантизм во всех его видах, за исключением самого ничтожного меньшинства, составлен из рассудочных искателей истины. Из этих богоискателей набирается в состав масонов наибольшее число "верных доброго бога", как они величают Люцифера. "Согласно откровению, - говорит масонский план борьбы с христианством, - и римское католичество в своей численности будет постепенно уменьшаться, частью улавливаясь в наши сети, частью же по случаю выхода его членов в ряды свободомыслящих деистов, а нам известно, что это переходное состояние в конце концов обещано нам". Как же судят масоны о Православии? На это в своем плане они отвечают так: "Православные, или схизматики, эти - как написано о них в небесной книге - обреченная добыча Злого Бога": так богохульно они именуют истинного Бога... Переводя эти слова врагов христианства на наш православный язык, мы можем сказать: православные исповедуют чистую истину Божию, истинную веру спасительную, и пока они держатся ее крепко, дотоле не может к ним прикоснуться вражеское искушение, дотоле не в силах соблазнить их враг поклонением сатане. Не есть ли это торжество нашей святой апостольской православной веры, нашей родной Церкви?.. "Главнейшая задача, - говорит масонский план, - заключается в том, чтобы католика превратить в свободомыслящего деиста. Прежде всего для указанной цели нам необходимо захватить власть над народами. Раз власть нами будет достигнута - в республике или монархии, это все равно, - нам необходимо провести в жизнь законы, устраняющие повсеместно влияние священства и монашества "суеверия", отстраняя их от дел благотворения. Для этого мы воспользуемся прессой и вдохновляемыми нами писателями, для того чтобы показать, насколько унижается человечество милостынею, получаемою от "дурного католицизма". Надо выставлять на вид, что каждая личность имеет свое право на благосостояние, но только с помощью социальных реформ, а отнюдь не с поддержкой рутинерской благотворительности. С другой стороны, при содействии парламентов или иным каким-либо способом необходимо разогнать достаточно дискредитированные нами и ставшие непопулярными конгрегации", - в отношении к Православной Церкви - общества, монастыри, союзы, - "подстроив первоначально разорение тех из них, которые еще держатся на предрассудках профанов, - словом, надо заставить исчезнуть с лица земли все, что носит имя монаха или монахини. Необходимо добиться лаицизации школы, чтобы в нее никоим образом не могли проникнуть ни монах, ни священник, а затем всеми способами изгнать из головы родителей самую мысль дать своим детям христианское образование вне лаицизированнной школы. Всего важнее для нас помешать новым поколениям сохранить в своем духе хотя бы малейший след лжи христианских догматов". Адски хитрый план настолько умен, что предусматривает неискоренимо живущее в душе человека чувство, устремляющее его к некоему божественному идеалу "как сверхъестественному фактору, организатору и двигателю вселенной". "Если, - говорит план, - этому чувству предоставить свободу развиваться, не допуская преступного направления в сторону религиозного суеверия "Злого Бога" (то есть, конечно, истинного христианства), то оно вначале будет плавать в полусвете смутного деизма, не заражаясь, однако, зачумленным дыханием "ложного католицизма" (разумеется, опять христианства). Когда же настанет час явления "доброго бога" (разумеется, культа сатаны), единственно достойного поклонения человечества, тогда к нему и устремятся все душевные склонности ребенка, ставшего человеком. Таким образом, удаляя от Адонаи (от истинного Бога) детский и отроческий возраст, мы посвятим Люциферу, при одном содействии врожденной склонности, зрелый возраст новых поколений. Атеист-наставник должен быть абсолютно изгнан из той школы, из которой мы вытолкаем священника, равно и явно - атеистические книги, взамен которых детям мы дадим такие общеобразовательные книги, которые, будучи очищены от ложных христианских догматов, выдвигали бы тем не менее, хотя бы и без точного определения, существование некоего Верховного Существа - Устроителя и Владыки вселенной". Учтена, конечно, и сила печатного слова. "Покамест новые поколения будут сформировываться в этом духе, - говорит план, - необходимо бороться с адонаизмом (то есть с христианством) в ушах человечества, доказывая всякого рода печатным словом, сколь чудовищна и в то же время смешна идея Божества, какою ее изображают священники "суеверия". В этой борьбе не следует пренебрегать ни памфлетом, ни сатирою, ни насмешкою, которая на толпу действует сильнее и вернее ученых диссертаций. Нам не следует забывать то добро, которое принес нашему делу Вольтер, высмеяв и ошельмовав католическое духовенство вместе с его "суеверием". Дискретируя лживые догматы и обряды адонаизма, мы в то же время пригвождаем к позорному столбу и служителей этой отвратительной религии: этим мы мало-помалу добьемся того, что церкви их окончательно опустеют". Сколько злобы против Церкви Христовой кипит в словах этих антихристовых слуг! Сколько воистину сатанинской опытности слышится в этих осторожных, но уверенных рассуждениях! Какое знание психологии толпы, психологии грешного сердца человеческого!.. Но и на этих мерах борьбы с Церковию они не останавливаются. Им мало проведения законов, лишающих клир правительственных субсидий, "ибо он возместит свои убытки на обложении своих фанатических последователей, которые будут упорствовать в своем неизлечимом легковерии. Число этих эксплуатируемых несчастных можно уменьшить, - говорит план, - только лишь высмеиванием и беспощадной критикой всех постановлений католической (а у нас Православной) Церкви. Необходимо довести всякого, кто сохранил в себе сколько-нибудь здравого смысла, до того, чтобы он сам себе стал казаться смешным всякий раз, как возымел бы слабость обратиться к таинствам "суеверия". Это наивернейший способ оставить без хлеба обманщиков-попов". Не правда ли; и это весьма практично?.. А вот и еще способ дискредитирования христианства: "когда, - говорит план, - это будет в большей или меньшей мере достигнуто, тогда будет полезно расплодить, как можно больше, гнусных шарлатанов из общественных поддонков в роли лжепророков и лжесвятых, мерзкое ремесло которых было очевидным мошенничеством". Кто знает доверчивость толпы к таким пройдохам, тот оценит все значение для врагов христианства в их размножении. Слушайте вот, что говорит план борьбы дальше: "Вдохновляемая нами ежедневная пресса займется ими с ожесточением и постарается смешать их в глазах публики в одну общую грязную кучу со служителями Адонаи, облив и тех и других общим ядом насмешки и осуждения". Трудно оторваться от этого гениального плана разрушения Церкви Христовой: чем дальше читаешь, тем шире раскрывается масонский заговор. "Необходимо, - говорит план, - принять все меры - законодательные и иные - для сокращения численности католического священства (конечно, у нас - православного). Наилучшей для сего мерой будет ознакомление священнической молодежи (учащихся в духовных школах) с общественной жизнью в реальном ее освещении, а не в в том ложном, какое дают ей их наставники". По отношению к римскому католицизму масоны не забыли и влияние женщин: "Необходимо, - говорит план, - обзавестись верными нашему делу женщинами, которые отдали бы себя на дело посвящения этих священнослужителей в благодеяния "доброго бога" (то есть сатаны). Испытав радости плоти, которых лишает его папское варварство, адонаитский священник или уйдет из клира, осудив самой природой систематическое и абсолютное девство, или же, оставаясь в своей касте, тайно станет нашим, оказывая нам драгоценные услуги в деле подведения мины под храм Адонаи. Необходимо всеми способами, пользуясь всякими обстоятельствами, образовывать пустоту вокруг адонаитского священника, окружая его презрением, уменьшая численно ряды ищущих священства. Для сего не следует останавливаться ни перед чем, лишь бы добиться нужных результатов. С одной стороны, надобно размножать общества устройства городских и сельских развлечений, кружки, формируемые якобы с просветительными целями, нецерковные праздники, - вроде 1 мая, - в ущерб и по возможности с отменой праздников церковных, с другой же стороны, необходимо принять и распространить повсюду, как принцип, как учение - общий пароль: "И рождение, и смерть, и венчание - все без посредства священника!" Всем кружкам и обществам, принимающим этот принцип в основу программы своей деятельности, необходимо оказывать всяческую помощь и покровительство. Необходимо в то же время делать шум вокруг всякого случая, имеющего характер скандала и могущего в глазах толпы унизить адонаитского священника или священническую корпорацию. Так надо поступать даже и в тех случаях, которые сами по себе не представляют ничего особенно дурного с точки зрения общественной нравственности, но которые не совсем к лицу особам, посвящающим себя служению в священном сане. Поступать же таким образом следует, однако, только тогда, когда виновник нарушения правил церковного благочиния признан неспособным стать нашим тайным агентом". Далее план излагает некоторые подробности осуществления своих предположений и в заключение советует "поддерживать в низших классах всех наций революционные идеи, не исключая и социалистических, хотя и ведущих к крайностям и бурным эксцессам. Хотя атеизм, - говорит он, - и вреден сам по себе делу обновления человечества в антихристианском духе, но мы и его введем в русло самых крайних социальных теорий, заведомо осужденных на полный неуспех, но нужных для кратковременного государственного переворота, которому немедленно же должна воспоследовать самая энергичная реакция. Таким образом мы, с одной стороны, дискредитируем до последней степени суеверную теорию Божества в духе адонаизма, так что к нам примкнут даже и последние его священники в переходную эпоху господства свободомыслия, а с другой стороны, мы примем меры к тому, чтобы толпа не лишилась веры в сверхъестественное божественного происхождения, но мы ограничимся лишь указанием, при всяком удобном случае, на бытие некоего верховного существа, не открывая, однако, до времени людям наших священных преданий и наших мистических откровений". Такова воля "доброго бога" (то есть сатаны). По милости Своей Господь поставил на время нашу Русскую Православную Церковь как бы в стороне от того противоцерковного движения, которое развилось на Западе вследствие отпадения этого Запада от чистоты Православия. Много веков наша святая мать Церковь укрывалась в тихой пристани Восточного Православия от бурь римского самочиния и протестантского отступничества. Господь как бы готовил ее к великому подвигу, укрепляя в ней основы спасительного учения веры подвигами просиявших в ней святых Божиих, проявлением благодатной силы Божией в чудесах от святых икон, преимущественно Пречистой Матери Своей, и от мощей угодников Божиих, дабы она в свое время стала во всеоружии истины противу козней сатаны. И время это, кажется, уже наступило. Ядовитые ветры всяческих лжеучений с особою силою веют у нас теперь на Руси. Еще двести лет назад, вследствие нашего сближения с отступниками от своей Церкви, немцами, к нам стали проникать их лжеучения - сначала тайно, потом все открытее и открытее, пока наконец, в самое последнее время, благодаря лживой теории "свободы совести", уже работают во вред Церкви открыто, отравляя чад Православия всякими ересями - от баптизма до социализма и материализма. Все то, что сорок пять лет назад было намечено в плане разрушения Церкви "одиннадцатью величайшими светителями" масонства, совершается теперь и у нас на глазах, в нашей Православной России: появились и теософия, и оккультизм, и спиритизм, и все виды теизма; всякие социалы открыто заседают в законодательных учреждениях; уже толкуют и под шумок проводят в жизнь лаицизацию школы; идет война против праздников Господних; всеми указанными в плане способами дискредитируется Церковь и ее служители: особенно нападают на монашество и монастыри; причем без стеснения клевещут на них даже в отрывных календарях; появляются и памфлеты, и сатиры в духе Вольтера; уже нередки случаи, когда родители "стыдятся" крестить детей... Появляются и "лжепророки, лжесвятые", коим верят как рабам Божиим, как подвижникам, даже люди интеллигентные; проникает зло и в наши духовные школы, приготовляющие пастырей Церкви, появляются - слава Богу, пока единицами - и пастыри вроде Гапона, Петрова и Михаила Семенова, ослепляемые масонскими теориями... Видимо, сатана уже нашел пути и в ограду нашей Церкви. Не все благополучно и в нашей русской богословской науке. Вспомнить хотя бы выходку протоиерея Остроумова против церковного предания об успении Богоматери или священника И. Димитриевского, отрицающего тайну искупления; мало того: среди нас, епископов, явился отрицающий пресуществление в Таинстве Причащения... Пусть это не имеет никакой связи с масонами, но нет сомнения, что масонская печать поддерживает таких писателей, как представителей прогрессивного движения и будет им покровительствовать, если бы власть церковная стала ограничивать их выступления. Без сомнения, поклонники "доброго бога" (с малой буквы, то есть сатанисты) зорко следят за тем, какой всход дают их семена на ниве нашей Православной Церкви. И вот что говорит их сатанинский план: "Когда самодержавная Россия сделается цитаделью адонаизма1 , мы спустим с цепи революционеров-нигилистов и безбожников и вызовем сокрушительную социальную катастрофу, которая покажет всему миру во всем его ужасе абсолютный атеизм как причину одичания и самого кровавого беспорядка..." Такова угроза России за то, что она православною была во все время, пока западные народы были совращаемы в разные ереси протестантизма, за то, что она была оплотом истинного Богопочитания и веры. Масоны помнят, что сказал Пушкин о русском бунте и, очевидно, рассчитывают на него, когда он им понадобится... В заключение должен указать еще на одну хитрость этих человеконенавистников: они умеют прятаться до поры до времени, подобно своему "богу"-сатане. В обществе о них как-то "не принято говорить". Попытайтесь заговорить о них в интеллигентном обществе; сейчас же постараются замять разговор, перевести его на другую тему: зачем-де говорить о том, чего нет или, может быть, и есть, но стоит ли о них говорить? Это-де какие-то мечтатели, фантазеры, не следует-де придавать им какое-либо значение. А иногда на вас посмотрят как на ненормального, как на помешанного человека. "Не принято" в хорошем обществе говорить и о сатане: кто-де теперь верит в его существование? Но охотно говорят о спиритизме, оккультизме, теософии и подобных лжемудрованиях, вовсе не подозревая, что все это - та же масонщина, что число последователей этих сект считается миллионами. Шестьдесят лет тому назад, в 1855 году, в одной Америке спиритов насчитывалось до двенадцати миллионов при шестидесяти тясяч медиумов: сколько же их теперь? По меньшей мере в пять раз больше... И это - только спиритов, не считая прочих еретиков... Так вот и подумайте, как велика опасность христианству от этих большею частию отступников от него. И у нас на Руси их насчитывают до миллиона, есть они и в среде знати нашей, а в такие тревожные времена, как переживаемые ныне, число их очень увеличивается. Газеты же как будто нарочито их рекламируют, помещая иногда отчеты об их сеансах. Они издают и свои журналы... Пастыри Христовой Церкви! Верные их чада, православные русские люди! Дерзаю повторить слова великого апостола Павла: Все вы - сыны света и сыны дня: мы - не сыны ночи, ни тьмы. Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться... Да трезвимся, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения... (1 Сол. 5, 5 - 6. 8). Смотрите... чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу (Кол. 2, 8). К тому же призывает и другой апостол первоверховный: Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого проглотить. Противостойте ему твердою верою (1 Пет. 5, 8 - 9). Мы - чада Церкви Апостольской; будем же носить в сердцах своих святые заветы апостолов так же верно, как они носили заветы Самого Господа Иисуса Христа. Р. S. Упоминаемый в сей статье "план борьбы с Христовой Церковью, выработанный в Чарльзстоуне", можно в полном переводе читать в только что вышедшей книге господина С. Нилуса "Близ есть, при дверех". ________________________________________ МИТРОПОЛИТ ФИЛАРЕТ О ТАЙНЕ ИСКУПЛЕНИЯ Какие скорбные письма в последнее время приходится получать!.. Пишет, например, один верный Православной Церкви русский человек: "Душа вся изныла, не нахожу себе места". И затем, перечислив печальные обстоятельства в современной церковной жизни: упадок церковной дисциплины даже среди иерархов, шатания религиозной мысли в обществе, в печати, постоянное вмешательство непрошеных радетелей блага церковного в этой печати, выступления модных "церковнообновленцев" с их разрушительными планами и мечтаниями, и при всем этом - отсутствие твердой руки, которая управляла бы рулем церковным в наше непогодное время, автор письма восклицает: "Что делать? Куда идти, чтобы остаться православным мне и детям до последнего издыхания"?.. Итак, вот до чего смущается душа православная: она как будто начинает терять надежду, что наша Русь останется Православною, и спрашивает: "Куда идти? В единоверие? Или к Вселенскому Патриарху? Или еще куда?" Для нее спасение души превыше всего, но вот сие-то сокровище она и боится утратить при виде того, что творится в недрах Церкви, какие течения грозят кораблю Христову... До этого, конечно, еще не дошло; но "смущающие" обстоятельства и признаки возможности какого-то раскола все накапливаются. На этот раз я не буду указывать на "имебожное" лжеучение, которое нашло себе если не прямую защиту, то некое покровительство во имя якобы раскрытия самой истины, "в поисках этой истины", в "Миссионерском Обозрении", дающем место защите лжеучения самим его распространителем А. Булатовичем и не желающем считаться ни с грамотами двух Вселенских Патриархов, ни с посланием Святейшего Синода. Я хочу отметить тревожащий и мою архиерейскую совесть признак некоего уклонения наших присяжных богословов от того учения об искуплении, какое нам преподается в Пространном Православном Катехизисе. Есть книги, коих касаться надо осторожно. Сто лет православные люди, не только русские, но и другие народности, научаются вере при помощи этого Катехизиса, написанного великим богословом митрополитом Филаретом. Критиковать учебную книгу, сотни раз на протяжении ста лет одобренную церковною властию для употребления в школах, принадлежащую перу такого авторитета, какие являются даже во всей церковной истории единицами на протяжении веков, - не слишком ли дерзновенно для современных нам богословов, еще не стяжавших такой авторитетности, какою стал знаменитый святитель Филарет? Провозглашать в собрании съезда законоучителей, а потом печатать в духовном издании, что понятия об искуплении, изложенные в Катехизисе, "режут ухо", что они "не только не уясняют раскрываемой тайны, но, наоборот, затемняют ее", да еще и "безнадежно", что они "искажают христианское представление о Боге и Сыне Божием и вносят страшную путаницу во все христианское мировоззрение" - не значит ли обвинять не только великого святителя - автора Катехизиса, но и всю Русскую Церковь, скажу не обинуясь, в ереси, едва не в богохульстве? "В самом деле, говорит священник И. Димитриевский, если Богу необходимо удовлетворение и непременно полное, то Он уже не Бог любви, а суровый повелитель, который не знает прощения, а только полностью ищет своего, и это - по отношению к Сыну Своему: какой отец способен на такое бессердечие? Если Сын Божий должен явить бесконечную заслугу пред Богом Отцом, то Сын уже не сын, а наемник, и Отец - не отец, а господин, ибо какой отец требует, чтобы сын заслужил у него любовь? Да и заслуженная любовь - разве любовь? Нет, это воздаяние, плата за услугу, а не любовь. А право Христа, приобретенное страданиями? Разве это не ужас?!. Отец требует, чтобы Сын пострадал, видит эти страдания, расценивает и, когда находит, что они бесконечно велики, тогда дает Сыну право на спасение всех людей?!. А разве можно перелагать ответственность за грехи виновных на невинного? Здесь исчезает уже и самое право, не только люовь..." Так жестоко раскритиковал священник И. Димитриевский великого святителя Филарета за его Катехизис, а вместе с ним обличил и церковную влась, на протяжении ста лет не замечавшую таких "ужасных" понятий, заключающихся в нашем Православном Катехизисе. Не правда ли: смело, совсем не в духе Лютера, и наших современных богоискателей, и без Церкви мудрствующих богословов? К сожалению, отец И. Димитриевский не одинок в своей критике так называемой "юридической теории" искупления рода человеческого. Как у него, так и у всех его единомышленников замечается какое-то стремление отожествить эту теорию с теорией римского права, измерять православное учение об искуплении именно этой теорией, приписывать самое учение Православного Катехизиса влиянию учения Римской Церкви о том же предмете. Римская Церковь внесла земной элемент в небесное учение, так сказать, оземленила его; там учение о правосудии как свойстве Божием в учении об искуплении как бы противополагается учению о любви Божией; а в православном учении в самом правосудии Божием является любовь Божия. Если бы творения митрополита Филарета были изучаемы поглубже, то в них наши богословы находили бы ответы на многие вопросы, которые возникают у них теперь, между тем как великий святитель решал их сто лет назад, будучи еще в сане архимандрита. В сущности, оставаясь на точке зрения латинян, критики юридической теории подобно Лютеру не могут выйти из дилеммы: или правосудие, или любовь, а потому у них в суждениях правосудие как бы бледнеет пред лицом любви и они боятся употреблять термины из области юридической. А святитель Филарет вот что говорит по этому вопросу: "Христианин! Пройди путем, который открывает тебе раздирающаяся завеса таинств; вниди во внутреннее святилище страданий Иисусовых, оставя за тобою внешний двор, отданный языкам на попрание. Что там? Ничего, кроме святой и блаженной любви Отца и Сына и Святого Духа к грешному и окаянному роду человеческому: Любовь Отца - распинающая. Любовь Сына - распинаемая. Любовь Духа - торжествующая силою крестною. Тако возлюби Бог мир!" В благоговейном созерцании великой и предивной тайны искупления рода человеческого страданиями Господа Иисуса Христа, Сына Божия, святитель вместо слова "рассуждать" употребляет, с свойственную ему мудростию, слово "немотствовать". "О сей-то любви, - говорит он, - да будет позволено мало нечто немотствовать пред вами, поелику изрещи ея даже и невозможно, так что само Слово Божие, дабы совершенно изобразить ее, умолкло на кресте. Сие же Слово и сия любовь да дарует нам и немотствовать, и внимать немотствованию, подобно как дети одной матери ея сердцем и ея словами взаимно немотствуют и разумеют немотствование". Так благоговел великий богослов пред тайной искупления, проявленной в непостижимом для нашего ума сочетании бесконечного правосудия Божия с столь же бесконечною любовию Божией. Потому-то и называется сие дело Божие тайною, что оно непостижимо для человеческого ума, выходит за пределы нашего разумения и только при свете Слова Божия может быть отчасти разумеваемо, но не вполне уясняемо теориями нашего мышления. "Кажется, - говорит святитель, - мы, и приникая в тайну распятия, и усматривая в страданиях Сына Божия волю Отца Его, более ощущаем ужас Его правосудия, нежели сладость любви Его. Но сие долженствует, уверяют нас, не в отсутствии самой любви, а токмо в недостатке нашей готовности к принятию ее внушений. Бояйся же не совершися в любви (1 Ин. 4, 18), говорит ученик любви. Очистим и расширим око наше любовию, и там, где оно смежалось страхом Божия суда, насладимся зрением любви Божией. Бог любы есть (16), говорит тот же созерцатель любви. Бог есть любовь по существу и самое существо любви; все Его свойства суть облачения любви; все действия - выражения любви. В ней обитает Его всемогущество всею полнотою своею; она есть истина, когда осуществует возлюбляемое; она есть Его премудрость, когда учреждает существующее или существовать имеющее, по закону истины; она есть Его благость, когда премудро раздает истинные дары свои; наконец, она есть Его правосудие, когда степени и роды ниспосылаемых или удерживаемых даров своих измеряет премудростию и благостию, ради высочайшего блага всех своих созданий. Приближьтесь и рассмотрите грозное лицо правосудия Божия, и вы точно узнаете в нем кроткий взор любви Божией. Человек своим грехом заградил от себя присносущий источник любви Божией: и сия любовь вооружается правдою и судом, - для чего? - дабы разрушить сей оплот разделения. Но как ничтожное существо грешника, под ударами очищающего правосудия, невозвратно сокрушилось бы, подобно сосуду скудельному, то непостижимый Душелюбец посылает единосущную Любовь Свою, то есть единородного Сына Своего, дабы Сей, нося же всяческая глаголом силы Своея (Евр. 1, 3), восприятою на Себя плотию нашею, кроме греха понес и тяжесть наших немощей, и тяжесть подвигшегося на нас правосудия: и Един истощив стрелы гнева, изощренные на все человечество, в крестных язвах Своих открыл бы незаградимые источники милосердия и любви, долженствующие упоить всю, проклятую некогда землю благословениями, жизнию и блаженством. Тако возлюби Бог мир! ________________________________________ МОИМ ЧИТАТЕЛЯМ В первые дни марта совершились события, потрясшие до основания весь строй государственной жизни на Руси. Из Высочайшего Манифеста и заявления Великого князя Михаила Александровича читатели мои видят, что у нас нет больше Царя... Смиримся под крепкую руку Царя Небесного! Видно, так было Ему угодно. Мы переживаем такой момент в родной нашей истории, в который решается на весах правды Божией судьба Руси, когда-то Святой, а ныне грешной зело-зело: быть ли ей великой державой, каковой она была, или не быть? Судит ли Господь ей послужить человечеству тем, чем Бог ее благословил, или отнимется от нее Царствие Божие и дастся народу, творящему плоды его? И решение сих вопросов зависит всецело от нас: Бог и ныне готов принять кающихся. Сердце содрогается при мысли, что в такое-то время страшный, озлобленный, изголодавшийся, как лютый зверь, враг уже овладел несколькими областями нашими и стремится вторгнуться в самые недра коренной Руси. Забудем все разногласия, все споры и раздоры: объединимся сердцами все как один человек. Верховная власть теперь в руках Государственной Думы; она обещает всецело отдать себя великому делу изгнания врага. Поможем ей все, кто чем может: кто пламенным словом любви к отечеству, кто своим достоянием, если оно есть, кто добрым советом, а все - горячею покаянною молитвою к прогневанному Господу Богу: прости, Господи, многогрешную Русь, помоги ей победити врага и супостата, помоги устроиться по единой воле Твоей, умиротвори, приведи к единомыслию всех русских людей, не попусти погибнуть народу, который хотя и грешен пред Тобою несказанно, но кается, плачет у подножия Твоего животворящего креста... Мати Божия! Спаси землю Русскую!.. Архиепископ Никон (Рождественский) "Мои Дневники. 1917 год"
 
« Пред.   След. »